Глава 3 «Осколок из прошлого» — Симфония: Эпоха У…

ТЕКСТ ГЛАВЫ

В ушах стоял гул после падения колонны. Воздух был забит густой пылью — тяжёлой, её почти можно было трогать руками. Часть потолка обрушилась дальше, задев комнату, где прятались беглецы. Один из них повис, ухватившись за край пролома. Лица не было видно — только ноги, болтающиеся в дыму.
Остальные постепенно приходили в себя. Тишина, тяжёлое дыхание… и редкий треск осыпающегося бетона.
Майкл сделал шаг вперёд. К оранжевому свету.

Пыль понемногу оседала. Свет отражался от бетонных стен, делая всё вокруг нереальным. Силуэты Кхема’ров на машинах расплывались, их зелёное свечение постепенно тускнело. Свет замигал.
— Что там?! — закричал проводник, всё ещё вися и болтая ногами.
— Откуда мне знать… — выдохнул Майкл, не отрывая взгляда, всматриваясь в густую дымку.
Свет становился слабее, медленно опускаясь. Темнело, но видеть становилось легче. Пыль осела.
И тогда Майкл понял — под ногами пустота. Провал.
Майкл осторожно подошёл ближе. Носком нащупал край, убедился, что можно стоять.
— Может, кто-нибудь меня снимет?! — закричал проводник. — Пока я туда же не улетел!
Его быстро затащили наверх.
За спиной Майкла что-то шевельнулось. И тот вздрогнул. Рука легла ему на плечо.
— Твою… — он резко обернулся. — Ты чего пугаешь?!
Это был один из торговцев.
— Я тоже хочу посмотреть… — тихо сказал тот.
Внизу что-то посыпалось, как сухой песок. Оранжевый свет на мгновение вспыхнул — и начал гаснуть.
На нижнем уровне, среди обломков и воды, лежал мальчик. Голый.

Его тело было покрыто светящейся пылью, которая медленно тускнела.
— Нужно вытаскивать! — резко сказал Майкл. — Быстро!
И начал, спуск вниз по обломку — бывшему потолку, который теперь стал полом. Все скользкое, неровное, опасное, но тот не остановился.
— Живой?! — крикнул кто-то сверху.
Майкл опустился рядом. Положил руку на грудь мальчика.
— Дышит и Тёплый.
Он поднял голову вверх.
— Киньте что-нибудь! Шкуру! Тряпку — что есть!
— Ночи холодные…
Тишина никто не ответил. Только пыль медленно летела в глаза.

Пять лет назад. То же место.
Ржавые ворота в подземную парковку были не до конца закрыты. Щель между створками темнела, как пасть.
К ним подошёл мужчина. Лысеющая голова, редкие зубы, одежда — сплошное рваньё. Он жевал вяленое мясо, лениво и не торопясь.
Подойдя к воротам, тот сплюнул в сторону, вытер руки о грязную куртку и, кряхтя, ухватился за металл.
— Ща… щас посмотрим, что там и поедем дальше, милая…
Дёрнул ворота вверх. Скрежет металла разнёсся по парковке, эхом уходя в глубину. Мужчина поморщился, но продолжил тянуть.
— Я ж говорил… быстро управлюсь…
Альберт обернулся через плечо.
— Ты далеко не уходи, слышишь?!
За его спиной стояла лошадь, запряжённая в повозку, заваленную хламом.

Войдя внутрь сырость резко ударила в лицо… Пол был покрыт грязью и стоячей водой. Где-то квакали жабы. С потолка капала ржавая вода.
А в глубине парковки тишина и бурый свет — по крайней мере, ему так казалось.
— Это ещё что за яйцо?.. — пробормотал Альберт подойдя ближе.
И замер.
Кокон. Полупрозрачный. Внутри — девочка. Свернувшаяся, как эмбрион. Лет четырнадцати.
Вокруг кокона тянулась вязкая, светящаяся субстанция — как корни, расползающиеся по полу. Основная жила уходила под завалы. Пульсировала. Жила.
— О-о… — выдохнул он.
Губы растянулись в кривой улыбке.
— Вот это находка…
— Ему понравится… — За такое мне дадут красных Лагеренцев… еду… много…
Он облизнул губы.
— Всё моё…

Схватившись за кокон тот потянул. Субстанция, обволакивающая кокон не поддавалась.
Он дёрнул сильнее. Свет внутри кокона дрогнул.
— Да я твою седую бороду щепал… Собачья печёнка… да отцепись ты! — прошипел Альберт и рванул со всей силы.
Нить оборвалась. Девочка в коконе чуть шевельнулась.
В воздухе повис странный запах — с привкусом металла и чем-то химическим, резким, чужим.
Он втянул носом воздух.
— Тьфу… — сплюнул. — Гниль какая-то…
И, не задумываясь, снова схватился за кокон.
Где-то на экране снова побежали строки:

Процесс защиты субъекта 1 приостановлен…
Ошибка…
Приостановка невозможна…
Нить повреждена…
Ошибка…
Нет подключения к субъекту 2…
Процесс защиты субъекта 2 приостановлен.

Тяжело дыша, оставляя только следы Альберт потащил кокон к выходу.
— Ну вот… — усмехнулся он. — А ты боялась…
В ответ только фырканье коня, как будто тот понимал, что разговор ведется с ним.
С трудом закинув кокон в повозку. Вытерев пот со лба, только размазав грязь. Он взял поводья и поехал, как ни в чём не бывало.
Тишина снова заполнила парковку.

Настоящее. То же место.
Чья-то шерстяная накидка полетела вниз и приземлилась Майклу прямо на голову. Майкл стряхнул её, приподнял мальчика и аккуратно накинул на него ткань. После этого замер на секунду, всматриваясь вглубь затопленного помещения.
— Эй! Наверху! Как тебя… торговец? — крикнул Майкл.
Эхо ударило по ушам.
— Кто, я? — в проломе показалась голова. — Саймон я! Ты что, от страха забыл?
— Да нет, — отмахнулся Майкл. — У меня и раньше с именами плохо было.
Он прищурился.
— Снаружи светлеет? Или мне кажется, что тут стало светлее?
— Сейчас посмотрю! — ответил Саймон и исчез.
— И скажи знахаркам — пусть готовятся! — крикнул Майкл вслед. — Парень живой, но без сознания!
— А я пока подумаю, как нам отсюда выбраться…
Майкл тяжело выдохнул, перехватил мальчика и закинул себе на спину. С трудом спустился с обломков вниз. Под ногами были вода и ил, местами почти по пояс. Нижний уровень парковки затопило. Оранжевая пыль, осыпавшаяся с тела мальчика, оставляла на воде слабый светящийся след.
— Сюда-а-а! — крикнул кто-то.
— Ты чего орёшь?! — огрызнулся Майкл.
Парень подбежал ближе.
— Рассвет. Тихо. Ни души. Те, кто шёл за нами, похоже, прошли мимо.
— Рассвет?.. — удивился Майкл. — Сколько же мы тут провели…
Майкл выбрался наружу. Ранние лучи солнца ударили в глаза.
Две знахарки сразу подбежали.
— Клади сюда! Быстро!
Майкл осторожно опустил мальчика.
— Холодный… Нужно согреть.
— И вам бы не помешало.
— Согласен, — кивнул Майкл. — Ищем сухое место. Со стенами, но без крыши.
— Разведём костёр. Отогреемся. По очереди поспим.
— Днём идти опасно. Кхемары ещё не ушли.
— Нужно трав собрать, — добавила одна из знахарок. — Сделаем горячий настой. Силы вернёт.
— Не нужно, — покачал головой Майкл. — У меня есть.

Коснувшись рюкзака.
— Я их для деревни вёз… но, если сдохну здесь — в деревне они уже никому не пригодятся.
— За щепотку трав дома никто не осудит, — тихо сказала одна из знахарок.
— Может, туда? — один из молодых указал вперёд.

Среди разрушенных зданий выделялось другое — с крестом, без крыши, заросшее травой и деревьями, словно лес медленно отвоёвывал его обратно.
— Я ходил туда с отцом, — сказал парень. — До того, как меня взяли в стражу…
Он запнулся.
— Я хотел быть охотником.
Парень замялся.
— Обзор хороший. Со второго этажа всё видно. И окна… из цветного стекла. Как Лагеренцы.
— Тогда веди, — кивнул Майкл. — Я мальчишку не донесу. Сил нет… и спину прихватило.
Майкл перехватил арбалет. Группа двинулась вперёд.
На удивление было тихо. Только ветер гулял в пустых проёмах зданий.
— Почти пришли…
Парень не успел договорить.

Из травы с визгом выскочил небольшой вепрь. В ту же секунду раздался свист. Стрела вонзилась ему в шею. Зверь взвизгнул, рванул вперёд, попытался проскочить через остатки металлической изгороди — и застрял.
Фьють.
Вторая стрела. Прямо в глаз.
Майкл опустил арбалет.
— Впервые таких вижу… — пробормотал он. — Что за диковинка?
Майкл сглотнул. В животе неприятно заурчало.
На изгороди висел небольшой вепрь с коротким рогом на лбу. Клыки торчали из окровавленной пасти.

— Это благословение, — сказала знахарка Лия.
Она подошла ближе и осмотрела тушу.
— Бог Удгаллы не гневается на нас. Дал знак… чтобы мы набрались сил и ушли.
— Я таких ела. Мясо жёсткое, но съедобное.
— Это что, детёныш? — нахмурился Майкл.
— Нет, — покачала головой Лия. — Взрослая особь. Вепрь Тету.
Она кивнула на тушу.

— Упрямые твари. Любят лезть в чужие огороды. Перероют всё. Даже если забор стоит — будут упираться. Часами. Пока не сломают… или сами не выдохнутся. Маленькие, но опасные. Если собьёт с ног — ногу сломает. А пока поднимаешься — может и на рог насадить.
Лия посмотрела на Майкла.
— У вас таких нет?
Майкл покачал головой.
— Я раньше охотился… но таких вижу впервые.
Кабанчика с трудом вытащили из изгороди — он так рьяно влетел, что погнул металлические прутья.
Внутри здания и вправду было красиво. Солнечный свет пробивался сквозь уцелевшие цветные стёкла, разбиваясь на узоры и переливаясь по стенам и полу.

Костёр разгорелся быстро. Трухлявая, но сухая древесина вспыхнула легко. В ход пошло всё, что можно было сжечь. Дыма почти не было.

— О, вот это подойдёт для чая… — сказала одна из девушек, найдя целую чашу и что-то похожее на круглую железную посуду.
— А на этом можно сушить одежду… — добавил один из молодых, притащив металлические прутья.
Мясо жарили просто — на выструганных ветках. Без лишних забот. После всего пережитого этого было достаточно.
Постепенно все согрелись. Расслабились.
— Я подежурю первым, — сказал Майкл. — Всё равно спина не даст уснуть. Поспите пару часов — потом выдвинемся.
Он взял рюкзак и арбалет, поднялся на уцелевшую часть второго этажа и присел у каменной стены. Осмотрелся.
— Брр… не зима, а всё равно холодно, — пробормотал Майкл.
Из рюкзака он достал кожаную тетрадь — потёртую, плотно прошитую — и начал что-то рисовать. Иногда делал глоток горячего чая. Иногда просто смотрел вдаль.

Прошло несколько часов.
Тетрадь сорвалась с края и полетела вниз. Прямо в голову одному из торговцев.
— Ай! — тот вздрогнул и вскочил.
Торговец опустил взгляд. У ног лежала кожаная тетрадь. Он поднял её, открыл и замер.
Чего там только не было. Вейны, Кхемары, Тумарги. Какие-то пауки и птицы без названий. Рога оленей. И на последней странице — небольшой вепрь с рогом. Тету.
— Эй, Майкл! Это твоё? — крикнул он вверх.
В ответ — тишина. Только тихое сопение.
— Старый… ты там уснул, что ли?
Сверху донёсся храп.
— Ну понятно…
Торговца звали Берт. Он полез наверх.

Майкл спал, прислонившись к стене. Рядом стояла пустая чаша. В руке он всё ещё держал странную вещь — полупрозрачную, белёсую пластиковую трубку с самодельным наконечником. Внутри густела серая жидкость.
— Эй… вставай давай, художник, — Берт слегка пнул его ногой.
Майкл дёрнулся. Закашлялся. Открыл глаза.
— Э… эх… — он прищурился, оглядываясь. — Отдай…
Он заметил тетрадь в руках Берта. Рука сразу потянулась к ней.
— Твоё?
— Мм… — Майкл кивнул. — Моё. Отдай.
Берт протянул тетрадь, но не отпустил.
— Сам рисовал? А чем?
Майкл хмыкнул и показал на трубку.
— Да вот этим.
Он повертел её в руке.
— Нашёл когда-то. Удобная штука. Не ржавеет, не гниёт.

Майкл слегка потянул за верхнюю часть.
— Можно открыть, залить… и видно, сколько внутри.
— Для хранения — толку мало. А вот как перо — самое то.
Он усмехнулся.
— У местного кузнеца наконечник сделал. Орал, правда… но сделал.

Берт снова заглянул в тетрадь.
— Ты это… давно ведёшь?
Майкл пожал плечами.
— С подросткового. Кого видел. Как ведут себя. Как убить. Всё не запомнишь.
Майкл замер. Медленно втянул воздух носом. Нахмурился.
— Погодите…
Он привстал и подошёл к краю.
Внизу всё было спокойно — костёр догорал, остальные спали.
Майкл поднялся на носки, ухватился за край обломанной крыши и посмотрел вдаль.
Замер.
— О… боже мой…
— Что там? — сразу отозвался Берт.
— Майкл?
— Да не молчи ты! Что увидел?!.. Твою ж… зараза, дай посмотреть!
Майкл не ответил.
Берт шагнул ближе, выглянул из-за его плеча —
…и тоже замер.
Вдалеке, над лесом, поднимались столбы дыма. Чёрные. Густые. Слишком много.